Манна небесная

В детстве наше послевоенное поколение воспитывалось на стихотворениях В.Маяковского, в частности, первые понятия о добре и зле мы приобретали из стихотворения «Что такое хорошо и что такое плохо». Полжизни я провела в строгом разграничении сих понятий, но, познакомившись с Барсуками, я познала практическое действие гегелевского закона диалектики: добро и зло в изменяющихся обстоятельствах могут меняться местами.

По дороге в Ы мы пели на разные темы, как поют азиатские погонщики скота кочевых племён, что является признаком нашего азиатского корня и хорошего настроения. Слова песен были не просто народные, а сугубо индивидуальные и часто не печатные. Хотя, в современных книжках их уже печатают, а в политических радиопередачах уже эти слова не запикивают. Недавно я с удовольствием слушала выступление бывшего председателя Центробанка России, посвящённое разорению богатейшей компании ЮКОС, где кроме интересного содержания использовалась близкая моему сердцу лексика: слова «жопа» и «бляди» были фоновыми определениями условий работы бизнеса и авторов этих условий. Однако услышав слово «спиздили» в ответ на вопрос, что случилось по сути с ЮКОСом, ведущий программы Алексей Венедиктов лично стал пикать. Но слово, словно воробей, вылетело и обратно не влетело.

Наше праздничное настроение вошло в противоречие с выражением лиц наших друзей – носителей «позитива», с которым они нас встретили. Оказалось, что всё плохо: продали пару щенков аж на псарню самого Губернатора области, а они сдохли, дали рекламу в Интернет, а гостей нет. В общем, лапу сосут. Стараются, работают, а толку никакого. Как ни крути, а труд сам по себе счастья автоматически не приносит. Не пьёшь, не куришь и что? Получал ты в школе пятёрки и где ты сегодня со своим дипломом и званием кандидата наук? А где троечник, хулиган, что тебя терроризировал, а сегодня успешный бизнесмен? Вот-вот, ты лежишь под раздолбанной копейкой, чтоб заставить её тебя отвезти на шесть соток с курятником для жилья, а он заправляет свой личный самолёт для полёта в Куршавель.

С уверенностью не могу сказать, но подозреваю, что не иначе как Господь нас гонит на море и вынуждает оставить своих питомцев в Ы на условиях поставок собачьих кормов нашим друзьям в виде оплаты за передержку. Может быть, в какой-то дальней точке божественной оценки добро и зло занимает свои первоначальные места.

После Ы мы по обычаю едем в Барсуки. А тут везуха! Пили, курили, блядовали, бездельничали и получили награду, словно на дороге нашли. Эту часть рассказа надо назвать «ВОПРОС О ЗЕМЛЕ».

У Тамары период процветания: Барматихе не должна ни копейки, есть чай, кофе аж килограммовая банка, оплачен свет, есть крупа, котлеты, сыр, хлеб, шоколадные конфеты, печенье. Обзавидуешься. А которые не пьющие и не ебущие всё не довольны.

Несколько лет тому назад кто-то скупал ненужные никому в деревне паи на пахотную землю в 10 га за тысячу рублей (1000 : 20руб. = 50 бутылок барматухи). Много это или мало? Сразу и не сообразишь. Сначала большинству показалось мало, а меньшинство продало. И правильно сделали. Многие из них умерли, а их паи всё равно пропали бы, потому что они не оформлены и наследованию не подлежат. Оставшиеся в живых потом не раз пожалели, что тогда сомневались заработать «шальные бабки».

Но справедливость как маятник – то откатит, то прикатит. Теперь праздник и на нашей улице. Появился другой бизнесмен, который предложил аж по 10000 рублей (10000руб.: 20руб. – инфляции в деревне нет = 500 бутылок барматухи). Что тут началось!!!

Те, кто пропил пай раньше, прорыдав про себя, побежал за соседями, собирающимися сейчас пропить, то есть продать свой пай. Так и шли в Администрацию посёлка группами-атомами: ядро (протон) составляет собственник бумажки – свидетельства на пай а вокруг крутятся под действием центростремительной силы электроны – друзья и соседи, пропившие паи или не имевшие их никогда в связи с низким трудовым вкладом в развитие совхоза, результаты которого впечатляют.

Посмеялись над Киселёвыми: у них пай имел только дед Гордей. Так вот, дед Гордей как раз накануне ночью и преставился. Надо же так нагадить своим домочадцам! Он их терпеть не мог и отомстил. Дед всю жизнь садистом слыл: трёх жён забил до смерти, а последнее время его сыновья колотят почём зря – пенсию на бухло отнимают. Немощный старик в этой ситуации как мог наказать родственников? Получи он деньги за пай, так те так нажрутся, что деду не сдобровать. От греха подальше дед и помер. Родственники на него так осерчали, что хоронить отказываются наотрез. Завоняет дед, может, смягчится родня.

В помещении было душно и празднично. Впереди стояли те, у кого на руках были свидетельства и паспорта нового образца, за ними хмурые собственники свидетельств, но без паспорта: на кой этот паспорт нужен в деревне? Несколько лет назад, когда СССР развалился и мы стали россиянами, прошёл обмен паспортов граждан СССР на паспорт Российской Федерации. Кое кто из деревенских пренебрёг обменом, тем более, что операция была не бесплатной. Как же они теперь страдали! Никакие мольбы сельчан не повлияли на ненавистное чиновничество и собственникам паёв со старыми паспортами не дали ничего. Из-за недотёпства беспаспортных увеличилась нагрузка на добросовестных граждан России. Очередь перестроилась и «лёгкие атомы» потяжелели.

Ситуация усугубилась с появлением Барматихи. Вот стерва! Заявилась прямо в контору и встала у стола, где сдавали паи и получали деньги. Гнев народа обрушился на мерзкую бизнесвумен. Ну и что, что должны? Сиди и жди, когда захотят платить. А то заявилась позорить народ перед посторонними. Морду ей давно пора набить. Многим в суматохе удалось миновать Барматиху. Так эта прошмандовка потом несколько дней на своём скутере разъезжала по окрестным деревням и стряхивала долги с клиентов. Но как ни пакудствовала Барматиха, всё равно от 10 тысяч оставалась большая часть, ибо Барматиха переставала кредитовать народ свыше тысячи рублей.

По примеру Барматихи обход должников совершил и электрик, а за ним на велосипеде прокатилась Галя, страховательница. Её улов был нулевой. Кроме дачников кому надо страховать свои халупы? Налоговики «отсосали» тоже: они собирают налоги с августа. Ха! К тому времени всё будет «пропито-проебёно, в дело произведёно».

Едва имущие граждане развернулись делать «вклады», как ко многим подъехали родственники, будь они не ладны. Не все были рады их приезду. Но Тамара и тут оказалась в оппозиции: пьянку не объявила, всех послала и обрадовалась приезду дочери Оли. Заплатив долги и купив продукты, Тамара публично отдала Оле 8 тысяч, чтоб потом не донимали «друзья» своими предложениями капиталовложений. Оля обещала с этих денег отремонтировать печь, чтоб не дымила и, чем чёрт не шутит, вдруг сделают новые рамы.

Итак, на сегодня позитив перешёл в Барсуки, а в Ы, надеюсь не на долго, гостит негатив.

Философский вопрос: что первично по отношению к искусству – бедность или благополучие, трезвое состояние духа или опьянение?

Когда Тамара не пила 20 лет, она явно не испытывала нужды в творчестве. На заре нашей дружбы я поделилась с Тамарой мечтой о реставрации церкви на берегу реки Тьма.
- На кой тебе это надо? Кто туда пойдёт? Все иконы в округе давно продали, пропили, никто не знает молитв, попы спились. Нет его, бога твоего, народ прозрел и в сказки больше не поверит никогда.

Странное дело, соглашаясь с Тамариными доводами, при виде этой церкви я испытываю желание её восстановить. За время моих путешествий в Барсуки заметно похорошели храмы в Торжке и вид этих «ненужных» строений безмерно меня радует.

Потом Тамара сорвалась в пропасть запойного пьянства и как только это случилось, она стала рисовать церковь. В трезвости рисует, а в запое всё зачёркивает. Несколько лет она пишет и зачёркивает. Тамара предположила, что работа будет завершена, если сделать её в цвете. Для осуществления затеи она попросила Коляна привезти ей краски. Вот что удивляет: сейчас купить за малые деньги обычные школьные краски не составляет никакого труда – пошёл пешком в один из магазинов в посёлке и свободно купил. Пенсии хватит примерно на 30 коробок. Рисуй, коль душа просит. Ан нет. В голову такая мысль не приходит. Колян привёз краски, но момент оказался неподходящий – Тамара в запое. Захватила-таки её эпидемия пропоя паёв.

А тут и лето завершилось днём знаний, что приходится на 1-е сентября. Деревня не просто тихо пила, а громко пела. Перепели все народные песни и бойкие маршеподобные комсомольские песни семидесятых. В школу в Барсуках никто не пошёл за неимением детей такого возраста. Но дата была славно отмечена с 1.09 по 3.09.

На фоне песнопений по всей деревне сообщество лишило Тамару слова. Матерного. Тамара перешла к авторскому исполнению произведений Владимира Высоцкого. Полудурье не оценило эти произведения и запретило их исполнение на территории Барсуков. Барматиха в свою очередь запретила Тамаре петь у кунгановского моста, что около её дома и выражать мнение по поводу её деятельности.

СМИ трендят о спаивании народа спиртосодержащими суррогатами, особенно после изгнания вина недружественных стран Грузии и Молдавии. Можно подумать, что здесь кто-нибудь когда-нибудь пробовал эти вина. С давних времён тут пили самогон, дешёвую водку, а в последнее время всевозможные спиртовые растворы. В момент протрезвления Светка увидела по телевизору обвинительный спич Жириновского касательно вины грузин и молдаван перед русским народом и душой присоединилась к электорату ЛДПР. Тамара (не зря стала моей подругой) послала Жирика во-пизду и заявила, что виноваты сами, нечего бегать дённо и нощно к Барматихе. Вот собственно что хотела сказать Тамара этой торговке.

Последний карандашный набросок церкви сожжён в печи. Август выдался на удивление холодным.

Позитив маятником переместился в деревню Ы. Худо-бедно рекламный сайт о конном отдыхе в Ы стал давать свои плоды и потянулись одноразовые клиенты к нашим друзьям. Почему они одноразовые? Типичный деревенский натурально-русский быт 20-го века как-то меньше привлекает туристов, нежели деревенский быт «а ля рюс». Единожды отведав прелестей русской деревни клиент спешит домой к привычным условиям. Здесь вам не Турция, где холят и лелеют гостей, делают всё, чтобы вы вернулись туда снова и снова. Здесь гордая Русь со сдержанным своим загадочным характером. Здесь всегда сурово. Даже когда солнечно и жарко, всё равно сурово.

Туристы хотят изюминку. Да! избе, но, что б было всё вылизано, отделано, покрашено. Да! деревенскому сортиру, но что б пахло цветами, с туалетной бумагой и стульчаком. Да! русской кухне, но чтоб с мясом по-французски, кофеем по утрам, борщём по-украински, равиолло по-итальянски, пивом по-баварски, грибами в виде жюльенов и т.д. Клиент хочет в русской деревне эскимосскую иглу, барбекю, кавказский шашлык из барашка, индейское каное по Волге с белым шестипалубным кораблём, горные лыжи по-австрийски или на худой конец по-польски. Лошади что б были как на ипподроме, транспорт как в Европе, квадрациклы как в Египте, клиент желает тайских трансвеститов, турецких мачо, кубинское варьете на фоне белоснежных берёз.

И всё это за деньги как в российской глубинке. Вот тут-то мы всех и победим в острой конкурентной борьбе в условиях глобализации. Тогда к нам запросятся не только приднестровцы и абхазы, а в очередь встанут европейцы с американцами. А азиаты и африканцы вообще потеряют всякую надежду на российский паспорт. Враги нас будут по-прежнему обвинять в ксенофобии, но подумайте сами, где мы разместим столько народу? Сепаратисты-чечены встанут на защиту российской земли на кавказских рубежах от нашествия грузин, армян, и прочих ингушей, готовых за мизерную плату заменить московских туркмен на уборке улиц, но принципиальная позиция царя Рамзана ограничит их в правах, вызывая протест непатриотичных правозащитников.

Вот тогда рак на горе свистнет и Тамара закончит судьбоносное творение, которое найдёт достойное место в Третьяковской галерее.