Метаморфоза с монументом

(Продолжение экскурсии)

Напротив Администрации посёлка в середине сквера в кустах стоит на высоком постаменте совершенно черная фигура устрашающего вида: пустые глазницы, отколупленный нос, рука с растопыренными крючьями арматуры вместо пальцев тянется в сторону железной дороги. Местные обитатели говорят, что если пойти по направлению руки, то выйдешь к дому, где круглосуточно торгуют «барматухой».

В прежние времена это был памятник В.И.Ленину, вождю мирового пролетариата. При социализме он был белый – каждый год его красили на коммунистическом субботнике, кусты подстригали, у подножия высаживали цветы, там принимали в пионеры, проводили маёвки. Кто-то верил, что памятник указывает путь к коммунизму, а именно: собирай монатки и дуй на станцию, бери билет в Торжок, Ржев а то и до самой Твери.

И не ведал народ, что коммунизм у них уже был. Независимо от результатов труда по осени все получали мясо, муку, комбикорма для своей скотины и птицы. К праздникам в цисцернах завозили хороший спирт и бесплатно разливали в сорокалитровые бидоны. Дома совхоз давал бесплатно, а если кто по нерадивости и спалит его, то сразу переселяли в новый. За свет, воду платил совхоз. Никаких квартплат, налогов не платили. Если кому-то надо было сверх полученного, то брали в совхозе по своим потребностям и совхозным возможностям.

Но в городе что-то не заладилось. Решили они там повернуть в сторону свободы слова и демократии. В чём там было дело деревенским не понять. Телевизоры, приёмники не во всех избах были, а те, что были не все работали, а те, что работали, показывали только первый и второй каналы, где свобода слова так и не появилась.

Настала осень, а ни комбикорма, ни тебе мяса халявного, ни муки. Народ бросился в магазин, а там цены будто из иностранных фильмов. Призадумались. Эврика! (конечно, сказано было иначе). Пошли резать коров, овец, телят. Расхватали совхозную технику на металлолом. Так и прожили зиму.

К весне свобода слова и демократия углубилась, и жрать совсем нечего стало. Побежали в совхоз за помощью, ан нет уже ничего. На худой конец хоть дайте работу! Куда там! Весь инвентарь пропили, посадочный материал проели. Призадумались. Эврика! Сняли электропровода – всё равно за неуплату электричества ток отключили, порезали последних курей (кормить-то их не чем), сняли сетку – рабицу, сдали умывальники. Вот лето и перебились.

Настала холодная осень. Демократия укрепляется, спасенья нет. Призадумались. Нет больше общей дороги. Старухи сообразили на зиму ложиться в больницу. Кто не успел спиться, убежал в город. Опойки (сильно пьющие) занялись непрекрытым воровством, чтоб до холодов успеть на нары сесть. Собаки и те ушли куда-то. Кое-кто стал деловъём, но это уже другая история.

Чёрный монумент больше всего смахивает на известного персонажа ужастиков Фредди Крюггера. Его присутствие здесь очень уместно. На черном фоне постамента хорошо видны слоганы, написанные белой краской и мелом, точно отражающие умонастроения оставшихся живых.